Через Саратовскую и Волгоградскую области России течет речка Медведица: красивая, малолюдная — крупный правый приток Дона. Широкой общественности река эта известна не очень хорошо, но в туристических кругах, особенно в байдарочно-туристических, имя «Медведица» весьма популярно.На самом деле в Европейской части России есть две реки с одинаковым названием (еще одна Медведица течет в Тверской области), поэтому туристы-водники говорят «Медведица-Тверская» или «Медведица-Волжская».
История, которой мне хотелось бы поделиться, относится именно к Медведице-Волжской. Байдарочный поход по этой реке имел место в теперь уже весьма далеком 1997 году.
Удивительно, но побывав на очень многих реках в удивительно красивых местах, включая Сибирь и Южный Урал, наиболее теплые, радужные и самые возвышенно-замечательные воспоминания сохранил я именно о реке Медведице в Саратовской области. Как-то все сложилось просто удивительно хорошо: проверенный коллектив и послушные дети, середина августа — не жарко и не холодно, и нет дождей, красивые безлюдные берега, леса, песчаные пляжи, чистая вода… И рыбалка — ах, какая была рыбалка! Это просто описать невозможно, да и смысла нет описывать: все равно рыбаки не поверят, а не рыбаки не поймут.
Долгие годы рыбалка на реке Медведице была неким эталоном счастья и удачи, явлением, с которым сравнивались любые другие рыбалки, любые другие реки. И каждый раз, когда в руках оказывался новый спиннинг, или новая катушка, или жутко дорогой воблер (это рыбка такая пластиковая с крючками), произносилась фраза: эх, нам бы такой спиннинг на Медведицу. А когда появилась лодка с мотором, так рассказы о Медведице просто стали какой-то манией.
Дело в том, что лодка с мотором принципиально меняет тактику рыбалки на реке: вы приезжаете, но уже не просто ходите по берегу, а плывете себе спокойно по течению и, стоя в лодке, бросаете приманку. Проплыли 10—15 км, завели мотор и вернулись к тому месту, откуда начали.
2007 год переполнил чашу терпения. 10 лет думать о Медведице! Хватит, натерпелись. Да, это теперь другая страна, да, таможня, да, куча денег и бумажек, но сколько можно мечтать! За сбытие мечт! Едем…
Автомобиль «Нива». Прицеп с едой, лодкой, мотором и т.п. Пять мужиков. 1 200 км. Таможня.
Самое неприятное, абсолютно противоестественное и противное — граница между Украиной и Россией вообще и таможня (что одна, что другая) в частности. Рассказ о таможне — это, пожалуй, отдельная песня, сейчас даже и писать об этом не хочется, чтоб не портить себе настроение… Тем не менее, вечером выехали из Харькова, на рассвете были на берегу Дона.
Красота! Отдыхай, плавай, лови рыбу — нет!!! Вперед! Нас ждет Медведица!!!
Едем. Мост через Хопер… Мужики с байдарками. Как дела? Отлично! Плотва клюет крупная, вчера судаков наловили. Остановимся? Нет! Вперед, нас ждет Медведица!!! Едем.
Вот она, родная! Сбылась мечта! Какая красота! Ни души, песочек! Просто хочется упасть на колени и целовать пляж…
Разбили лагерь. Палатки. Обед. Отдых. Лодка. Мотор. Рыболовные снасти. Торжественно спускаем корабль на воду.
Ну наконец-то! Мы ловим рыбу на реке Медведице! Матерые рыбаки-любители с самыми лучшими снастями на безлюдной реке!!!
Ловим рыбу — это громко сказано… Т.е. процесс ловли — это да, но результат… Результат — это нет. Нет, все в общем-то замечательно и практически точно так, как 10 лет назад: красивые безлюдные берега, леса, песчаные пляжи, чистая вода… Одна лишь маленькая разница. Рыбы нет. По крайней мере, те две небольшие щучки, что были пойманы за целый день, рыбами назвать сложно. А что особо омрачает ситуацию — так это осознание того факта, что на реке Северский Донец в 40 км от родного Харькова можно было бы за день поймать намного больше…
На ужин, как вы понимаете, вовсе не уха и вовсе не жареная рыба. Совещаемся. Приходим к выводу: просто сегодня нет клева. Завтра мы победим!
И завтра, и послезавтра положение дел не меняется. Пять мужиков безуспешно пытаются поймать рыбу, чтоб хватило хотя бы на одну сковородку… Не хватает!
…вечер третьего дня пребывания на реке Медведице. Просто тоска. Поскольку такого не ожидал никто! О чем теперь мечтать?
Итак, вечер третьего дня… Хорошо, что есть водка. Замечательное средство лечить тоску. Лечимся.
Стемнело. Журчит вода. Горит костер. Уже не жарко. Комаров практически нет. Жареная картошка, салатик, тушенка, остатки родной украинской водки. Лечимся.
Шаги. Из темноты появляется мужик средних лет. Знакомимся. Местный пасечник. Сашей зовут. Чисто одет. Брит. Трезв. Говорит внятно, складно и без ненормативной лексики. Доброе, располагающее лицо. Милая, несколько застенчивая улыбка.
— Располагайся, Саня. Выпьешь за знакомство?
— Только немного, пару стаканчиков, больше не могу — болею…
Познакомились. Вышли на уровень плотной откровенности.
— Саша, скажи ты нам, где рыба?
— Эх, мужики, сам удивляюсь! Видели здесь за поворотом реки омут? Так вот, неделю назад мы в этом омуте взорвали кислородный баллон! Представляете, ни одна рыбка не всплыла! Раньше где ни взорвешь, всплывали, и много! А сейчас даже в омутах и на ямах рыбы нет!
Видно, что человек искренне переживает, говорит с дрожью в голосе, после речи выпивает третий стакан и протяжно занюхивает украинским сухарем.
Мы молчим. Первое и вполне очевидное желание удавить этого человека наталкивается на милую улыбку, застенчивый взгляд, искреннюю дрожь в голосе…
Саня хрустит сухарем, смотрит на нас, тоскливо молчащих, и, воспринимая молчание как сочувствие, продолжает.
— Я вам так, мужики, скажу: это бобры во всем виноваты!
Тишина. Лишь легкий гул комаров, да потрескивают дрова в костре. Саня молчит. Похоже, он сказал уже все.
Нас пятеро. У четверых высшее образование. Есть даже кандидат наук. Очевидная для местного пасечника логическая цепочка «отсутствие рыбы — взрывы в омутах — бобры» нам вовсе не кажется очевидной. Гнетущая тишина длится около минуты.
Один из нас (самый необразованный, тот, у которого нет высшего образования) тишину нарушает и робко, заранее как бы извиняясь за свою умственную отсталость, спрашивает:
— Саня, а бобры-то тут при чем???
Саня медленно поднимает голову. Смотрит на нас, по очереди задерживая взгляд на каждой из пяти пар глаз, направленных на него. Он явно не понимает, как в этой глуши, в одном месте, одновременно объявились сразу 5 (пять!) дебилов, которые совершенно не ориентируются в настолько очевидных вещах.
— Ну, мужики, вы даете! Это ж понятно: бобры, они роют в берегах норы, вот берега и разрушаются. Стоит совсем немножко взорвать, берег обрушивается, ямы-омуты засыпаются, вот рыба и уходит отсюда…
На следующий день мы поехали домой — к родным рекам. Не останавливались нигде. Добрались до Днепра. Он чуден!
Там много людей. Много сетей. Там рыбнадзор, который ставит и проверяет сети. Там мало рыбы.
Но мы не ропщем. Это судьба, Природа!
Это бобры во всем виноваты!
Тенденция, однако…